Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Белка

про девятоемая.

Девятое мая для меня странный день, типа Родительской субботы. Просто своеобразной очень.
Это повод для меня вспомнить не о "Подвиге" хотя и о нем тоже а о людях, и как сложилась их судьба.
Иван Николаев,
Отец Деда Сергея,  маминого отца,  Воевал, вобщем-то как все. Прошел всю войну от и до. рядовым и сержантом. Пехоты.  Мне трудно рассказывать, каким он был, я не знаю его и даже фото никогда не видела. Знаю только,  что он, что называется от "Звонка до звонка". У них с бабушкой Олей было трое детей. Тетя Ася, умершая от лейкимии очень молодой (любимая тетя моей мамы), Дед Сергей и Дядя Вова. Дядя Вова 47го года, другие же - довоенные. Я не знаю, что было с ними всеми во время войны, рискну предположить, что они были оккупированны где-то в Пскове, (переехали в Ленинград они ближе к 50тым). Он умер от саркомы сердца где-то в 60тых.
Людвиг Стефанович Пeтрoвский,
Отец моей Бабушки по Маме, Юлии Людвиговны. Удивительной судьбы человек, Бежал в Ленинград от репрессий  в 30тые, Фактически, скрывался, 
22 июня 41года у  жены его, Моей прабабушки Евдокии Александровны, отошли воды и 23 она родила мальчишек-близнецов. До этого у них уже были Маленькая Агнесса, 37 и Юля 39 года рождения. в августе дед уже знал, что Ленинград, скорее всего, возьмут и пошел сдаваться добровольцем (Он по возрасту был уже не призывной) чтобы семья, Дуня с сестрой Натальей и гуртом детей, могли уехать в эвакуацию. Затея была та еще, он был в розыске по политической. И процент того, что его со всей семьей по военному времени просто расстреляют был примерно 50/50. Но обошлось.  Эвакуировались они уже по Ладоге, в ноябре их разбомбили и с 4х месячными мальчишками они плыли поэтой самой ноябрьской Ладоге с вещами (Благо, не далеко). Два письма, и то не от него, а от каких-то военных начальников  получила Дуня, одно зимой 44, с разрешением вернуться в Тярлево из эвакуации с выделением квартиры, второе ранней весной 45, с поручением "Явиться". Ей дано было секретное задание,  она была одной из тех, кто вышивал звезды и погоны высшим офицерам, генералам и маршалам на форму парада победы. Дед вернулся только к новому 47му году и кроме того, что он работал то ли координатором  партизан то ли черт его знает чем никогда не говорил ничего.
Ну, этническому поляку с Польским, Украинским, Немецким, Идиш и Русским (Русский у него был самый плохой) сам бог велел, что называется.. Он никогда, вообще никогда не рассказывал, что с ним происходило. Не так давно, лет 7 назад, отец по своим военным каналам выяснил, что он был каким-то чуть ли ни генералом партизанского движения. Полномочия, принимаемые решения, ответственность, проведенные операции, должности и награды (которых у него на руках не было и никто о них не знал) были именно генеральские. 
Показательной для меня является трогательнейшая ситуация, Бабушка Дуня  всю эвакуацию возила с собой постельное белье на котором они с мужем спали перед его уходом. Столько лет ни письма ни слова от него, и когда дед вернулся, они спали на том же самом, не стираном с ночи ухода, бережно хранимом белье. Это были  совершенно разные, но очень друг друга любящие, принимающие, прощающие, понимающие и очень тонко чувствовавшие друг друга  люди.
Колпаков Валентин Георгиевич,
Отец отчима моей мамы, Георгия Валентиновича. Дед моих любимых Тетушкек.
Он был невысок ростом и сухорук. Но умен и очень ухватист. На фронт его забраковали и он остался в Покровке, той самой Царской Славянке, что за Павловском. Он был одним из немногих оставшихся в селе мужчин. Он был полицаем.  Он был таким полицаем что за всю оккупацию в покровке  никто не был убит, казнен никто не голодал. Никого не угнали и не отправили в лагеря. Никто не копал траншеи. Что-то там было типа само организованного колхоза на немцев. И все это в противовес Павловску, где стояли висилицы, а теперь стоит бронзовая женщина с венком. Он четко знал, что он делает, чем рискует, и что 90 процентов при отступлении, что его расстреляют.
Не расстреляли. И он оттрубил 20 лет по всем возможным лагерям и стройкам. Как он выжил, имея  нездоровую  правую руку (фактически, физически он работать не мог в лагере вообще)  для меня загадка.  Про то, что он делал и кем был во время войны в Покровке после его возвращения никто не говорил. Даже сейчас бабка тетушкиного мужа, одна из тех, кто в деревне жил во время войны говорит  о нем не иначе, как: "Ну ты понимаешь, о чем я",  Но все эти 20 лет, от звонка до звонка, ему слали  посылки всей деревней. А по возвращении построили всей же деревней огромный новый дом. Он знал какие-то петушиные слова и полходы ко всем. Он умел делать "Чужими руками" обладал незаурядной хваткой  и еще кучей талантов.
Антон Назаренко
Отец моей бабушки по отцу, Он тоже прошел всю войну. Бабушку(старшую дочь) с еще семью детьми и Матерью, Пелагеей Петровной угнали  откуда-то из под херсона на работу в АбрауДюрсо. Это им спасло жизнь. Я тоже мало знаю про него, по сути, он был хорошим человеком, и, наверное, хорошим солдатом.  Но вот с войны он вернулся в соседнюю деревню. К другой женщине. Бабушка Поля не могла разродиться девятым ребенком, разрывы, сильные кровотечения. ее чудом спасли, удалив всю гинекологию, ребенка спасти не удалось. И дед  после войны вернулся в другую деревню. К другой женщине.
Александр Данилович Гoрoбец(Горобцов)
Дед Сашко. В детстве (еще при царизме) из места, где сейчас находится Генетчинка-Перекопск его родители и еще несколько семей по столыпинкой реформе уехали в Сибирь. Потом была первая мировая и солдатский серебряный Георгий. Потом - гражданская и разнообразная беготня к белым и красным. В Сибирь он не вернулся, зато он был одним из тех, кто вел Красных через Сиваш, на Крым, за это -  один из первых орденов красного знамени. Он осел где-то там же,  на границе с Крымом. И когда у его большой семьи отобрали корову, обвинив его в "Середнячестве" принародно утопил орден красного знамени в болоте. Развернулся и в 24 часа уехал к своим в Сибирь. Там родился мой дед, Иван Александрович, оттуда же прадеда, (как не благонадежного, он тоже не попадал по возрасту в солдаты никак) призвали на Великую Отечественную. Он погиб под Ленинградом, в марте 42, подо Мгой, С берданом и шестью патронами, как нам рассказывал товарищ, воевавший там же и тогда же, но выживший, столько давали. Не больше.  Подо Мгой было месево, они защищали питер. Практичеки тот же невский пятачок. Была похоронка и списки погибших. Могилы же нет. Там лес - одна сплошная могила. До сих пор. (на фото - кучки. Эти кучки собирали Сашка и Отец., год, наверное, 98й-99й)





Все эти ленточки -хрененточки.. Парады за бешенные деньги.. Очереди на квартиры и очереди в поликлинники..
Судьбы этих людей. И они не нас с вами защищали. Они детей своих и жен своих берегли. Что-то я сомневаюсь, что приведи что, я буду думать о потомках "Через век" я буду о своих думать. О близких. О младенцах в эвакуациях и о детях друзей в моей деревне,  за которых, я пусть и под немцами, в ответе тут, в ответе перед воюющими там  их отцами - моими друзьями. И вот еще. Это же дико страшно,  с берданом и шестью патронами, где  ощущение верещагина, ровным слоем и плотность погибших больше человека на квадратный метр.  Очень страшно в партизанах между немцами-поляками и русскими. Когда по большому счету ты можешь и умеешь дать деру, но дети И любимая, но совершенно непонятная, и очень любящая русская жена-староверка. У мужа католика.. Там, неизвестно где и неизвестно, живы ли? Очень страшно, когда много лет не знаешь, где он, муж. Жив ли он, придет ли? И молишься на нательный крестик свой. И страшно же, когда он приходит с войны не к тебе, хотя ты ему восьмерых родила. Хоть вы с ним их как бы вместе делали..
И очень важно понимать, что за лицами на фото, за ленточками, за символами этими, второй сигнальной системой, наносной ура-гордостью, стоят люди. Такие же как мы. Разные. Живые люди. голодные и вшивые, одинокие и обретшие, С надеждой а иногда и без. мужчины без ног и женщины, что в 30 выглядели на 55-60. И детей потом рожали. И любили и были счастливы. Вовсе не такие, как кругленькая и гладенькая Ольга Будина в сериале про блокаду на первом канале. Были счастливы. Потому что выжили.
Люди, Которые просто жили. И не ссали, простите за мой французский.
Поэтому выжили.